27 февраля скончался Эдуард Рубенович Сукиасян, более 60 лет в библиотечной профессии, многое сделавший для неё. Кандидат педагогических наук (1968), профессор. Автор более 700 опубликованных научных работ по темам: классификация, каталогизация, стандартизация в библиотечном деле, библиотечная профессиология, а также по истории профессии, библиотечному образованию, библиотечному делу за рубежом. Вёл занятия в системе повышения квалификации более чем в сорока регионах России. Читал циклы лекций в различных странах (Болгария, США, Никарагуа, Афганистан и др.). Подробнее на livelib.ru: https://www.livelib.ru/author/395234-eduard-sukiasyan

А ещё Эдуард Рубенович был человеком с большой буквы с искрометным юмором, острым умом, отличным оратором, любознательным, любивший докапываться до сути, доброжелательным, внимательным, всегда поддержит, придет на помощь. А ещё Эдуард Рубенович очень любил свою супругу Бахтурину Тамару Александровну (тоже библиотечный деятель) и разносторонне талантливого сына Александра, которым очень гордился, он внешне очень похож на Эдуарда Рубеновича.

ЗНАКОМСТВО

Как мы познакомились? Когда была издана моя книга «Сельская библиотека — библиотека универсального назначения» Эдуард Рубенович мне написал, что увидел мою рукопись на столе у главного редактора РГБ издательства «Пашков дом», прочитал. В своей рецензии на мою книгу: Книга — гимн креативности / Э. Р. Сукиасян // Библиопанорама — 2017. — № 2. -С. 59−62. — Электронное издание (режим доступа http:\\www.nbrb.ru), он написал: «Человек, о котором я пишу, это моя копия (или я — её?). Мы мыслим одинаково, мы работаем одинаково… Я никогда в жизни не думал, что найду случайно такого близкого мне по всему единомышленника». В этом же номере журнала «Библиопанорама» он взял у меня интервью, есть и другие его очень интересные статьи, к примеру, о скорочтении и см.: http://nbrb.ru/wp-content/uploads/2017/10/F.pdf

Так как я, как говорил Эдуард Рубенович: «Человек со стороны», то есть не специалист (у меня строительное образование), до знакомства ничего не знала о Сукиасяне Э.Р. В своей библиотеке нашла его книги, изданные ещё в восьмидесятых годах, очень удивилась. Узнав о нём более подробно, была поражена, как человек такого уровня мог написать мне, простому сельскому библиотекарю. С тех пор у нас с ним началась переписка, которая длилась около 4-х лет. Последнее письмо я получила 16 февраля, за несколько дней до его смерти, Эдуард Рубенович благодарил меня, как он написал — за «чудесную рецензию» на его новую книгу БИБЛИОТЕКА. КНИГА. ЧИТАТЕЛЬ, писал, что много пришло отзывов.

ПЕРЕПИСКА

Эдуард Рубенович был в постоянной переписке с более 40 человек, на все письма он давал ответ в течение суток, ни одно письмо он не оставлял без ответа. Меня всегда удивляло, что ему было уже за 80, но острый ум не оставлял его, писал просто, дельно и очень интересно, иногда мне казалось, что писал молодой человек. Некоторые его письма мы читали вместе с мужем, он столько много знал, читал, писал просто и интересно. Эдуард Рубенович был в курсе всех моих семейных событий, думаю, не только моих, но всех, с кем он переписывался. Благодаря ему я была знакома заочно со многими, Эдуард Рубенович ни про кого не говорил плохо, больше восхищался. Было интересно читать его ежегодные годовые отчеты, о том, как у него прошел год, чем он был знаменателен для него, отправлял отчеты всем, с кем он вёл переписку, мы в свою очередь отправляли свои. Я всегда чувствовала, когда должны были прийти письма от Эдуарда Рубеновича, иногда мы отправляли друг другу письма одновременно, минута в минуту, настолько у нас была тесная связь.

КНИГИ

Эдуард Рубенович мне прислал почтой все свои новые книги, последнюю, изданную в 2021 году в электронном варианте:

• Библиотечная профессия и кадровый менеджмент 2011
• Библиотечная профессия. Кадры. Непрерывное образование 2004
• Введение в современную каталогизацию 2013
• Таблицы библиотечно-библиографической классификации. Организация и технология использования. 2016
• Каталогизация и классификация. Электронные каталоги и автоматизированные библиотечные системы. 2009
• Эдуард Рубенович Сукиасян. Библиографический указатель. 2012

Подробнее на livelib.ru: https://www.livelib.ru/author/395234/top-eduard-sukiasyan

Мою книгу «Сельская библиотека — библиотека универсального назначения» он купил с десяток, а может и более, и раздавал начинающим библиотекарям, студентам. Это говорит о широте его души.

ДИПЛОМ

Для меня Эдуард Рубенович сделал многое. Узнав, что у меня нет библиотечного образования, без моего ведома начал проводить большую работу, чтобы я училась в учебном центре послевузовского и дополнительного профессионального образования специалистов ФГБУ «Российская государственная библиотека», прошла курсы повышения квалификации на бесплатной основе (в 2017—2018 году курсы стоили 30 тысяч рублей). Так как этот центр в общем-то существовал за счёт оплаты обучающих, задача была не простая. Эдуард Рубенович задействовал несколько людей, даже генерального директора РГБ, тогда был Гнездилов В.И., объясняя, что я отказалась от гонорара за свою книгу, за что Эдуард Рубенович меня очень сильно ругал, поэтому должна учиться бесплатно. В итоге я прошла «Высшие библиотечные курсы» по программе профессиональной переподготовки на бесплатной основе и получила диплом, и это всё благодаря Эдуаду Рубеновичу.

НЕИЗДАННАЯ КНИГА

Эдуард Рубенович в первый год нашей переписки мне присылал рукописи — главы из неизданной книги о своей личной жизни, которые мы с мужем читали с большим интересом. Больше всего меня впечатлили его родители. Как написал Эдуард Рубенович, что эти рукописи принадлежат всем, поэтому позволю себе опубликовать одну главу о его замечательных и удивительных родителях:

Папа. Воспитание толерантности

Тбилиси, конец 40-х годов. Не знаю, как Ташкент, но Тбилиси был городом «хлебным», привлекающим бездомных людей. Днем, да еще и в центре города, воровства и преступности не было. Но ночью случалось многое. Во всяком случае, путь в магазины с карточками в руках, деньгами всегда был «целевым» — туда и обратно, никуда по дороге не заходя. Карточек было много разных и это создавало много разных проблем. Карточки на керосин всегда пахли керосином (их же брал в руки разливальщик), поэтому их надо было держать отдельно — и далеко — от карточек на сахар и хлеб. У меня, например, для карточек была особая «тара». Как мне помнится, продукты по карточкам получал в нашей семье я.

Краж и разбоев на нашей улице не было. Однажды сняли двери с улицы в подъезд. И успели их унести. Папа долго рассматривал оставшиеся двери, которые вели в подвал. Они были тоже из дерева. Рубен, всё равно унесут, сказала мама. Попробуем что-нибудь сделать. Призвав меня на помощь, папа провел из квартиры на втором этаже два тончайших проводка до самой подвальной двери. Он не воспользовался ни стенами, ни другими видимыми местами. Проводки мы прикрепили в металлические уголки, на которых лежали перила лестницы. Чтобы их увидеть, надо было посмотреть снизу. Но нормальный человек туда снизу не смотрит. Осталось подключить батарейку и звонок.

И вот однажды в десять вечера звонок зазвенел. Пойдем, сказал мне папа, и мы спустились в подъезд. У дверей возился двухметровый верзила, худой настолько, что был похож на ствол дерева. Мы его кормили часа два. И с собой дали…

После войны Тбилиси был наполнен военнопленными. Они, в основном, работали на стройках. Именно в эти годы в городе было построено много красивейших зданий, кинотеатров, стадионов. Конечно, увидеть их было трудно: стройплощадки были обнесены забором, на проходных стояли автоматчики. Но мы нашли такую стройку, которая была «прозрачной» — всё тут было видно, как на ладони. На набережной, ниже

Колхозной площади, строился теннисный стадион. Работали немцы в защитной форме. У нас, сложилось мнение, что и их прорабами, и бригадирами были тоже немцы. Некоторые в такой же форме ходили с чертежами в руках, другие проверяли качество с помощью различного инструментария. В 7 часов вечера немцы колонной шли в свои казармы, они жили в бараках на другой стороне набережной. Зимой в этих бараках не было отопления, а воду привозили в цистернах. Здесь же они и кормились.

Не знаю, охраняли ли их во внерабочее время. В городе их не было видно, но перед своим бараком они сидели открыто, без охраны. Многие взбирались на каменный парапет и смотрели на течение Куры.

Однажды в нашу дверь постучали. Было часов 8 вечера, летом совсем светло. Мама включила свет в прихожей и, как это делала всегда, распахнула дверь. Я выглянул из-за двери комнаты. На пороге стояли два немца. Мама сначала обомлела, и они, как мне показалось, очень испугались. «Мадам, честнок, честнок» — сказал один из них, показывая рукой, что речь идет о головке чеснока. Мама поняла сразу, зашла на балкон, а пока её не было, один из немцев улыбнулся и, показав на меня рукой, спросил: «Шюлер?». Пришла пора мне удивляться, я решил спокойно перенести оскорбление и как только мама вынесла несколько больших головок чеснока, удалился с глаз долой. Они благодарили её, низко кланяясь.

Через час папа вернулся с работы и мы сразу вдвоем стали рассказывать ему о нежданных гостях. Папа перебил нас сразу вопросом: «Я надеюсь, вы их не оскорбили?».

Мы — нет, сказал я. А вот они обозвали меня шулером. Папа начал смеяться. «Шюлер» — это ученик по немецки. Надо было улыбнуться и сказать «Йя, йя». Мы сели ужинать и папа прочитал нам целую лекцию о немцах. Он начал с того, что немцы, как правило, очень образованные, умные и честные люди. Почему же они убивают наших, спросил я.

«Они» — не убивают, убивают фашисты, сказал папа. Надо понимать, что мы воюем против фашистов, а не против народа. Многих обманули, они пошли воевать. Думаю, что среди тех, которые попали в плен, большая часть как раз обманутых. Те, которые воевали с нами, чаще погибали под пулями. А эти остались в живых. Здесь есть, о чем подумать… Но в любом случае мы должны помнить, что у них на родине есть семьи. Через несколько лет немцы сами поймут, каким страшным врагом для их нации был фашизм. И будут с ним бороться. Германия — огромное государство. Одно из самых старых в Европе. Еще до войны многие наши инженеры проходили там обучение, работали на немецких предприятиях. Рано или поздно, все вернется: СССР будет дружить с Германией.

Папа рассказал нам, что внутри немецких танков ему встречались снаряды без заряда — с мусором, кирпичами, макулатурой… Кто-то работал на заводах в Германии, было подполье. Этих людей, наверное поймали, расстреляли. Это надо знать. Мы должны о них знать. Никогда не говорите «немцы». Мы боремся с фашистами.

Прошло много лет. Готовясь к командировке в Мюнхен я вспомнил о паином рассказе. Начал искать в каталоге. Мой заместитель, свободно владеющий немецким языком, сразу мне сказал: на эту тему в нашем каталоге ничего нет. Сами мы не писали об эжтом, а их литературу Главлит не разрешал ни покупать, ни заказывать. Кажется, я видел в их рекламе такое издание (он сказал мне название на немецком, но я его сразу забыл).

В Мюнхене меня принимали в Баварской государственной библиотеке. Кое о чём попросили, просьбу я выполнил через неделю. Тогда отношения меджду мной и директором стали совсем дружескими. И я спросил его, было ли подполье, антивоенное вредительство во время войны? Да, конечно, у вас в Библиотеке должно быть издание ФРГ на эту тему, Вы не видели? Он написал на бумагу два слова. Через пять минрут на столе оказалось несколько прекрасно изданных томов. Текст, конечно, я не мог понять. Но там были фотографии. Тех самых людей, о существовании которых говорил папа. Их было много, тысячи».

Уже второй день нет с нами Эдуарда Рубеновича, мне очень больно и грустно, пока в голове не укладывается, что я больше НЕ БУДУ ПОЛУЧАТЬ ПИСЬМА ОТ ЭДУАРДА РУБЕНОВИЧА….

Эдуард Рубенович, светлая память о Вас в нашей семье будет всегда.

Затвитить пост!